Олени бабочка и дева
На сердце прохладно, ни чем не согрется. А так мне и надо остынь моё сердце.
У меня есть ручной дракон
/до чего банальный сюжет/.
Но он прилетает на мой балкон,
уже пару десятков лет.
У Дракона красивый хвост,
и клыки опасно остры.
Очень сложен и очень прост,
мой дракон с Ледяной горы.

Иногда мы просто сидим,
и на кухне пьем черный чай.
Я читаю ему стихи,
изливаю свою печаль.
Он качает слегка головой,
когтем мягко касаясь плеча -
что ему мой ребяческий бой,
битва на деревянных мечах.
Его шкура - единый шрам.
Сколько он одолел врагов,
покорил чужеземных стран,
огнедышащий сын богов?

Иногда, (это лучшие дни),
он берет меня полетать.
Я узнал, как красив этот мир,
как прекрасна небесная гладь.
Я хватаюсь за чешую,
/только руки дрожат слегка/.
Может быть, я его приют,
среди серых и старых скал?
Может быть он собрал во мне,
(словно я - это детский пазл),
память прошлых своих друзей,
чьи-то мысли, обрывки фраз.
И когда он становится тих,
и задумчиво смотрит в даль,
вспоминая тех, что найти,
невозможно, и очень жаль.
Я не пачкаю тишину,
чередой бесполезных слов.
Я не видел его войну,
да, и в общем-то, не готов.

С ним легко удается молчать,
будто мы вместе прожили жизнь,
каждый день пили горький чай,
и считали огни-этажи.
Он не станет читать мораль,
/хоть и на язык остёр/.
Но согреет, когда февраль,
и дыханьем зажжет костер.
И пусть все называют - чудак,
раз держу незакрытым балкон.
Я не против, когда вот так,
рядом спит мой ручной дракон.

(с) Джио Россо